Диалоги

В подражание Платону

Вместо предисловия

Во-первых, и самое основное, здесь нет никаких реальных персонажей, любое сходство с настоящими людьми случайно.

Во-вторых, надо будет отметить, бородатый – это просто аллегория, анекдот (бородатый, анекдот – домысливайте сами, - прим. ред.). И он говорит об истинах, со многими из которых я не согласен.

Кстати, и в-третьих, прим. ред. – абсолютно реальный персонаж, и он именно ред.

И последнее, самое важное: огромное спасибо всем моим друзьям и знакомым за помощь в создании этого сборника.

И как сказали бы Бивис и Батхед:

В ДОБРЫЙ ПУТЬ!

С уважением,

ваш Автор.

P.S.: И огромная благодарность моей жене за то, что она открыла мне глаза на многие вещи и своими трудами и хлопотами не позволяет закрыться им навсегда.

***

- Вот так все и случилось.

Я угостил бородатого сигаретой. Он не спеша вытянул фильтр, потеребил сигаретку и только потом прикурил.

- Ты, брат, этим не увлекайся.

- Да знаю…

Он вздохнул.

- А ты, дед, как тут оказался?

- Это слишком долгая история. Давай лучше я тебе притчу расскажу.

Он поерзал, устраиваясь поудобнее, нахмурился, потом улыбнулся чему-то и начал.

- Жил один глупый парнишка, молодой был, кровь горячая. А родители все не давали ему развернуться. Да, в общем-то, не то чтобы очень не давали, а как-то так получилось, что отправился он на поиски приключений.

Раз встретился ему город, хороший город, только больно уж напоминающий болото. Ступишь ногой, так по уши и увязнешь. Вот и увяз наш паренек. По уши, даже глубже.

Глядь, а тут все так, по уши, и выбираться никто не собирается, привыкли, тепло им и уютно. Да, может, и не уютно, а желания выбираться нет. Вот и живут так – по уши.

Живут они себе, разговаривают, работают, женятся и умирают. И смотрят на других, кот ходил-ходил, а тут взял и увяз, а то и подсобят, люди добрые.

А наш паренек не захотел жить «по уши», взял, схватился за молодое деревце, да и выбрался. А как выбрался, так и ушел.

Долго еще вспоминали его в болоте, легенды про него выдумывали, философские трактаты писали. А потом все равно забыли.

Правда, говорят, были некоторые, кто попробовал за нашим пареньком… Только это наверное враки.

- А чего, может вылезли из болота и ушли?

- Ну, кто вылез, а кто и утонул.

- Уж не вы ли были тем пареньком?

- И я там тоже был. И ты – «был». И все остальные.

Я задумался.

- Хорошая притча, дед.

- У-у, я еще тебе и не такое расскажу. И если уж узнаешь кого там, родной, хоть самого себя, то не обессудь, буду говорить как видел.

- Дерзай, дед, давай уж и про меня.

Бородатый выбросил окурок, сплюнул и назидательно произнес:

- Только ты бросай эту гадость.

- Сам знаю, - ответил я капризным тоном Эллочки Людоедовой.

***

- Жил-был поэт. Как очень хороший поэт, он создал свой мир, со своими законами и героями.

Вот только одного он не учел. Как очень хороший поэт, он пытался отождествить себя со своим героем. А так как герой – идеал поэта, к которому поэт как человек стремится, то скоро поэт стал собственно героем.

- Так чего же он не учел? По-моему, каждый поэт хороший поэт становится собственным героем.

- В том-то и дело. Только поэт живет не в созданном им мире, а в реальности.

- Ну так и что же?

- Законы придуманной им вселенной – это не законы реального мира. Если в своем выдуманном мире он может умирать сотни раз и оставаться всегда живым, беспробудно пить, но не быть алкоголиком, быть популярным, но не быть попсовым, то в реальности это не так.

Вот и выбросило нашего поэта из реальности.

- И что же с ним стало?

- Все жалели беднягу, а помочь ничем не могли. Скурвился, в общем, наш поэт.

- А есть ли у него возможность выбраться?

- Есть. Возможность всегда есть. Однако за все надо платить.

- И чем же?

- Либо перестать быть хорошим поэтом (двоякий смысл: второй – после хорошего идет лучший, - прим. ред.), либо перестать быть.

- А других вариантов нет?

- Есть.

- Например…

- Например, каждый решает для себя сам. Что он готов отдать, чтобы получить что-то взамен?

- А как звали этого поэта?

- О-о, имя ему Легион.

- Даже так… А что бы ты делал на его месте, дед?

- Попробовал бы стать кем-то другим. Авось и попал бы в резонанс.

- Как это? Какой резонанс?

- Когда мир вымышленный становится миром реальным. Но это если поэт хочет остаться поэтом. А так есть много интересных занятий.

Он усмехнулся. Потом вдруг заорал не своим голосом:

- Лазарь, выйди вон!

Я аж подпрыгнул. А потом долго смотрел на бородатого, которого вдруг разобрал сумасшедший истерический смех.

***

- Есть люди, которые все время занимаются чем-то, а на деле – не занимаются ничем («занимаются ничем», - как сказал бы О.А., - прим. ред.)

Был я знаком с одной такой девушкой.

Бывало, увидит она кого-нибудь, возьмет в свои цепкие лапки и давай его обрабатывать.

Ну, в общем-то, идей у нее море, да и идеи все достойны внимания. Хорошие были идеи.

Так вот, схватит она кого, обработает. У того глазенки загорятся, вдохновение накатит и, лети все кувырком, побежит делать.

- Но не доделывает, пыл угасает?

- Почему же, доделывает иногда. Это смотря кого обрабатывать.

Так вот, спустя какое-то время они вновь встречаются, а девушка уже другого обрабатывает, аж сама зажигается от собственных идей.

- Дык, опаньки?

- Опаньки.

- А если некого обрабатывать?

- Как это некого, а себя?

- Тоже идея.

- Так не в том суть, что девушка быстро переключается, а в том, что удается ей-таки разжечь огонек в других.

- Получается, все, что она делала – это круто?

- А ты думал.

- Я думал иначе.

- Не суди, да не судим будешь.

- И что стало с той девушкой?

- Да все осталось по-старому. И это плохо.

- Так ты, дед, говорил, что это круто?

- Говорил. До поры до времени. Дело в том, что зажигать уже некого. Городок-то маленький.

- А по второму кругу?

- Умные люди отличаются от глупых не тем, что не совершают ошибок, а тем, что дважды их не повторяют.

- Так то умные.

- А зачем с глупыми общаться?

- И остается девушке накручивать себя?

- А кого же?

- Тяжко.

- Тяжко.

- И что же ей делать?

- Искать новое болото.

- А если нету?

- На нет и суда нет. Так поди ж ты, не доходит.

- До кого?

- А ни до кого не доходит.

- Ну так что же делать?

- И кто виноват? А вот это, родной, честно и прямо спроси себя сам.

- Я попробую.

И попробовал.

- Не получается.

- Родился идиотом – попробуй снова.

Он мгновение помолчал.

- Вот это я и называю – заниматься ничем.

***

- Но есть на свете и совсем другие люди. Эти мало говорят, но много делают. Чаще всего, так как возможности у этих людей ограничены (в силу специфики их деятельности, - прим. ред.), дела их очень медленно раскручивают колесо судьбы. Однако в обществе таких людей наполняешься жизненной энергией, которая позволяет тебе сделать еще один шаг вперед.

- И у тебя были такие знакомые?

- Почему же были? Они и сейчас есть.

- И они помогли тебе раскрутить колесо судьбы?

- Именно так. Жаль, что это бывает слишком незаметно. Обычно никто не замечает.

- А они это делали намеренно?

- Что – «это»?

- Ну, раскручивали колесо?

- Родной, все в этом мире делается намеренно, даже если никто об этом не догадывается.

- Хорошо, я спрошу по-иному. Они, эти люди, знали о том, что крутят это пресловутое колесо?

- Вот когда встретишь их, ты и спроси.

- Обязательно. А ты не знаешь, зачем вообще надо крутить колесо судьбы, само оно разве не вертится?

- Под лежачий камень вода не течет.

- А если вдруг разные люди вертят твое колесо во все стороны?

- Твою работу за тебя никто другой выполнять не будет. Ты сам вертишь колесико куда тебе будет удобно.

- А куда мне удобно?

- А куда тебе неудобно?

- Ну… например…

- Вот и крути его в обратную сторону.

- А вдруг кто из этих людей окажется лже-пророком, мозги, понимаешь, мне запудрит.

- Битый небитого везет (двоякий смысл, - прим. ред.) Тебе еще, родной, зерна от плевел очистить?

- Ну а вдруг?

- Вдруг бывает только… Ты смотри внимательней, зенки пошире раскрой.

- А вдруг они сами ошибутся?

- Человек не робот, бывает и ошибается.

- Что же тогда делать?

- Жить, искать, работать над собой. Чтобы не было мучительно больно…

- А как же эти «вертильщики»?

- Когда ты узнаешь жизнь одного замечательного человека и тебе хочется жить так же – ты нашел кумира. А вот если ты живешь, тебе нравится твой образ жизни и ты понимаешь, что, пройдя весь путь, не предпочтешь его какому-либо другому – вот тогда ты выбрал верную дорогу.

- Так для этого надо всю жизнь прожить.

- Дык.

- А других вариантов нет?

- Есть.

- Какие?

- Прожить тысячу жизней.

***

- Была у меня одна знакомая парочка. Милые, в общем-то, люди. Кстати, я заметил, что люди выбирают себе супруга по своему образу и подобию (иногда, когда говорят «как брат и сестра», хочется поправить – «как муж и жена», - прим. ред.)

Но не об этом разговор.

Так вот, нашли они друг друга. Вроде – два сапога пара, а ужиться не могут. Почему, черт его знает. Кто-то как-то сказал: «В армию их надо». Прав, наверное, был.

- Общие трудности укрепляют взаимопонимание. Слыхали, как же. Но только ли в этом проблема?

- Да нет. Проблема вовсе не в этом. А в том, что, как говорится в простонародье, «быт заел».

- Как это так?

- А вот так. Каждый создает свою ауру, точнее, ареал обитания, в общем, отгораживает себе пространство, где он является полноправным хозяином. Причем – единственным. А двум на одной территории хозяевами не быть. Вот и не получается. Вот и воюют наши герои за место под солнцем, нет чтобы разделить территории. Ну а это не каждый сможет, в смысле – дележ.

- И как же им жить дальше?

- Вариантов много. Объединиться против общего врага, разбежаться, найти компромисс, уйти в работу, коллекционировать марки, наконец.

- Сложно.

- Да куда уж проще. Но дело на самом деле не в этом. Дело в желании, даже скажу точнее – в желаниях.

- А при чем тут это?

- Вот тут все и тормозят. Ну-ка, скажи мне свое заветное желание.

- Миллион баксов.

- И что же ты будешь с ним делать?

- Сад яблоневый куплю.

- Сад? Круто! На миллион?

- Зачем же, на остальные жить буду. Лежать на печи, жевать калачи…

- Вот и проси тогда сад да калачи. А то от миллиона до сада очень долгий путь, гляди – не дойдешь.

- Почему это? Что я, совсем дебил, сад не смогу купить?

- Украдут деньги, потеряешь, сад никто не продаст, пропьешь, споткнешься, разобьешь голову, да мало ли причин, их могут быть миллионы.

Я задумчиво почесал голову.

- Да, дед…

Бородатый лишь отмахнулся.

- Ну вот, видишь. А семейные отношения – это гораздо брутальнее…

***

- Был один человек. Ничего не имел за душой, а когда появлялась возможность обзавестись домом, семьей, чем-то еще, он уходил от этого, быть может боялся, но мне нравится думать, что это особое состояние души – быть всегда налегке (синдром странника: меньше хлама – проще идти, - прим. ред.) Было в нем что-то цыганское, видать проснулась в нем кровь предков-кочевников.

Пытались его привязать к дому, к себе, к чему-то еще, но он уходил, так же, как и появлялся – внезапно.

Привлекал он своей искренностью. Всегда радовался новым встречам и знакомствам, наверное потому, что так же с легкостью порывал все связи. Может, так и надо жить – налегке?

- Ну, долго так не проходит. В конце концов, каждому необходимы дом, семья, покой.

- А если весь мир ему дом, все люди – семья, покой – в стремлении идти вперед. Хотя может быть и так, что он находится в поиске своего дома, семьи.

- Так что, он до сих пор где-то бродит?

- Не знаю, из моей жизни он ушел так же, как и появился.

- Внезапно?

- Угу. Но вот ведь вопрос меня мучает: может так и надо жить? Жили же так наши предки.

- Ну так шел бы странствовать.

- А я что, по-твоему, делаю?

- Ну и?

- Что «и»?

- Нашел истину?

- Истина всегда где-то рядом. Как та древнегреческая байка про бегуна и черепаху, которую он так никогда и не сможет догнать. Вот и моя истина, как та черепаха, - всегда где-то впереди.

- Так то ж была ложная фишка. Мы в школе проходили. Бегун в конце концов обогнал черепаху.

- Вот я и говорю.

- Что-то ты, дед, меня совсем запутал.

Бородатый рассмеялся.

- Что и требовалось доказать.

- Так кто же все-таки прав: я или тот древний грек?

- Я, - многозначительно закрыл он тему.

***

- И вот представь, сидим мы тут, болтаем, а кто-то в этот же самый момент слушает… нет, скорее читает, и мысли у него в голове роятся от наших тут с тобой разговоров. И вдруг

– Бац! – а мы о нем говорим.

- Да нет, такое невозможно.

- Вот и он поначалу так думает.

- Да как же такое получится? Вот ладно, если он нас подслушивает, а так кто-то должен все это записать и дать кому-то почитать. И это как минимум.

- Но вот же такое происходит в реальном времени: мы – говорим, он – читает. (Такое реально возможно, есть даже термин – «онлайн». Эффект говорить-писать-читать можно наблюдать в чатах, - прим. ред.)

- Тут ты, дед, по-моему, загнул.

- Зато какое решение извечного вопроса: «Кто раньше?..»

- Ты хочешь сказать, что курица и яйцо тоже появились одновременно? (Точнее, онлайн – прим. ред.)

- А черт его знает. Главное, чтобы дошло.

- Что дошло?

- Все до всех. До меня, до тебя, до него, до примреда, наконец.

- До кого?

- До того, кто нас сейчас читает.

Я нахмурился. Посмотрел вокруг. Нет, никого. Хотя…

Тряхнул головой. Чур меня!.. И придет же такое в голову…

А бородатый поглаживал бороду и смеялся одними глазами.

- Да хватит меня разыгрывать, - возмутился я. – Я уж чуть было не…

- И как всегда, батенька, оказались не правы, - ответил бородатый. Кого-то он мне сразу напомнил. Особенно если чуть картаво…

И тебе тоже?

Брр!..

Пора завязывать книжки читать…

О чем это я???

***

- Жил человек. Такой же, как и остальные люди. В толпе его даже и не заметишь. Жил себе в этом мире, существовал. И в то же время мир, в котором он жил, был не таким, как у остальных.

- Как так?

- Да все мы так и живем. Как бы вместе со всеми, а на самом деле… Ладно не будем торопить события.

Не везло этому человеку катастрофически. Все его пытались обмануть. Не у всех получалось, но пробовали все. Почему?

- Ну, вид у него, наверное, такой был – так и хотелось обмануть.

- И да, и нет. Мир, а не вид у него такой был. Сам он всех обманывал и ждал, что другие будут его обманывать. Ждет-ждет, а как дождется, приговаривает: “Как знал”.

- А если не обманывал кто?

- Думал, что обманывают по крупному.

- Ну тогда естественно его все начнут обманывать.

- Да нет, люди жили себе, как с ним, так и без него. Им все по боку, у них у каждого свой мир, свои законы.

- Что же получается, он сам себя обманывал?

- Нет, зачем же. Он обманывал всех, все – его. Так и жили.

- Как это так получается?

- А черт его знает. Видимо, кто-то наверху сидит очень-очень добрый. И выполняет все людские желания.

- Что же ему делать-то?

- А зачем? Все довольны. Знаешь свой мир – тебе и карты в руки.

- Ну, знаешь, дед. Так и жить страшно станет.

- А вот это уже твой собственный мир.

Я задумался.

- Нет, не хочу я так.

- Не хочешь, не живи, - слишком уж двусмысленно парировал бородатый.

***

- Есть у меня знакомый. Парень так себе, ничем не примечательный с виду. Маленький, щупленький. Подружка у него, кстати, такая же.

Но что мне в них нравится, это то, что они не боятся показаться смешными и глупыми. Точнее, даже всегда изображают из себя таких людей, над которыми обычно смеются. Хотя в сравнении с другими, это очень умные ребята.

- Ха, придурком кто угодно может прикинуться.

- Не скажи. Я наблюдал за людьми. Обычно они наоборот пытаются показать себя намного умнее, чем есть на самом деле.

Вот одна моя знакомая читает книги не потому, что они ей интересны, а потому, что в ее кругу принято читать книги.

- Дык, надо же знать интересы своего круга.

- Так дело же не в этом. Допустим, тебе дали книгу. Она неинтересная и скучная, но все твои друзья читали ее и восхищаются ею. Будешь ли ты ее читать?

- Наверное, да. Раз уж все читали и говорят…

- И все так же. Раз говорят, значит – надо, хотя все прекрасно понимают, что эта книжка муторна. Ведь наверняка и им кто-то сказал, и тем сказали. Вот все читают и мучаются. А потом другим рассказывают, как это круто.

- Что же теперь, вообще не читать?

- Да нет, читай, говорят, полезно.

- Но (Ааз)?..

- Никаких «но». И вообще разговор не об этом. Я пытаюсь тебе рассказать о чувстве собственной значимости (Карлос Кастанеда, читал, как же, - прим. ред.) Знаешь, почему считается, что с гениями очень тяжело?

- Потому что они умные?

- Потому что они умнее тебя. Хотя на самом деле это не так (двоякий смысл. Второй: ложный стереотип про гениев, - прим. ред.) Тому, кот знает, обычно незачем говорить об этом во всеуслышание. А вот тот, кот не уверен в себе, сделает все, чтобы доказать окружающим обратное.

Вот, например, сижу я тут, мозги тебе пудрю, а ты думаешь, какой же я умный…

- Да я вовсе так не думаю.

- Что?!

- О, пардон, я совсем не то хотел сказать…

- Попался, - рассмеялся бородатый. – Ну вот видишь, и ты туда же. Ладно-ладно… - он на мгновение умолк и прислушался к чему-то. – Чу, слышишь, бубенчик звенит. Это твое чувство собственной значимости.

- Ну да, типа нет, - только и оставалось ответить мне.

***

- Твой поезд, дед.

- Да нет, мой уж давно укатил.

Я дал ему еще одну сигаретку. Мы закурили.

- Помню, - продолжил бородатый, - сидим мы на перроне, много человек собралось, поезда приезжают-уезжают, а никто в них не садится, ждут.

Приезжает еще один. Выходит из него человек. Такой же, как все мы. Вышел, купил газировки, выпил не спеша. Да и говорит: «Зря вы тут сидите, не придет ваш поезд». А народ спрашивает человека: «Что же нам делать?». «Пешком идти», - отвечает человек.

- И что, пошли?

- Да нет, так и остались сидеть.

- А в чем фишка-то, дед?

- Не торопи события. И вот пока он говорил, поезд его и уехал. Так до сих пор и сидит там, на перроне, вместе с остальными.

- А что надо было делать?

Бородатый многозначительно поднял палец, выдержал торжественную тишину и наконец ответил:

- Тут уж каждый сам за себя решает. Вот ты бы что делал?

- Дождался бы следующего, который следует по тому же маршруту.

- А я вот сел в первый попавшийся.

- И?

- И приехал туда, куда мне было нужно.

- Повезло, - констатировал я.

- И попал, как говорит Карлсон, пальцем в небо.

- А что же тогда?

- Я же не сказал, что приехал туда, куда первоначально намеревался, я сказал: «туда, куда нужно». Это совсем разные вещи.

- А-а, - понимающе протянул я.

- Ну так это еще не все. Самое главное то, что меня вовсе не было на том перроне.

- Это уже дзен-буддизм.

- А то, - подвел итог бородатый.