Создатели миров. Переменчивый мир
Вот кого-кого, а женщин я вообще не понимаю. Хотя работать с Пеппи – это всегда интересное и захватывающее приключение. И зачастую очень опасное. Но работа работой, а понять их – невозможно.
- Нет, - сдался я, - не понимаю.
- Да все очень просто, - Пеппи вновь взялась объяснять, демонстрируя мне всяческие графики, - очень похоже на кубик Рубика, только круче.
А я никак не мог оторвать взгляда от ее тонких рук с длинными пальцами, увешанных громоздкими браслетами, которые как-то угрожающе громыхали при каждом ее движении.
- Эй, ты вообще меня слушаешь? – вдруг спросила она.
Я кивнул головой, продолжая рассматривать ее руки. Взгляд мой постепенно поднимался выше.
«Интересно, - подумал я, - кто же ей дал такое прозвище? И как ее зовут по-настоящему?»
Впрочем, имя «Пеппи» ей подходило как нельзя лучше.
Заметив, что я пытаюсь заглянуть ей под майку (а там было на что взглянуть), Пеппи отложила графики.
- Так, - сказала она - таким тоном, что сразу было понятно, какое именно это ее «так».
- Слушай, - со вздохом сказал я, - давай, ты начни создавать свой переменчивый мир, а я по ходу подключусь.
- Ты хоть задачу уяснил?
- Почти, - честно признался я.
- Каково?! – воскликнула Пеппи.
И я сразу же почувствовал, что то, что было землей, вдруг стало небом. Вцепившись руками во что только можно, я изменил положение.
- Ненавижу кубик Рубика, - прошипел я.
А именно такое у меня было ощущение – будто я нахожусь внутри огромной головоломки, в то время как какой-то великан вертит ее туда-сюда, пытаясь собрать.
- Меня уже мутит, - сказал я, - только вот в какую сторону поворачиваться, если меня вдруг стошнит, я не понимаю.
- Эх ты, создатель, - разочарованно вздохнула Пеппи и взяла меня за руки, - держись за меня.
Руки ее были крепкими и горячими. Я вцепился в нее. Меня действительно начало мутить.
Мир снова начал меняться.
- Спокойно, - сказала Пеппи, - я тебя держу.
Мы как-то плавно перетекли из одной позиции в другую, и теперь стояли почти вплотную. Мутить меня сразу же перестало.
- Легче? – спросила она.
Я кивнул.
- Надо было слушать, когда я тебе графики показывала, а не пялиться на мою грудь.
Я лишь опять кивнул.
Снова все начало изменяться. Пеппи мягко повела меня за собой. Когда изменение закончилось, мы стояли спиной к спине.
- Понял?
- Почти, - в который уже раз сказал я.
При следующем изменении я уже сам повел Пеппи.
Теперь мы снова стояли лицом друг к другу, так что я чувствовал ее дыхание на своем плече.
- А как тебя зовут на самом деле? – спросил вдруг я.
- Ты действительно хочешь знать? – она посмотрела мне прямо в глаза.
- Хочу.
Она мгновение подумала и вдруг усмехнулась.
- Хорошо, - сказала она, - сможешь меня догнать, я тебе скажу.
Мир снова начал меняться. Она отпустила меня и сделала шаг назад, но когда изменение мира закончилось, она была уже очень далеко.
Вот черт!
Я рванул за ней, ожидая следующего изменения, и когда оно захватило меня, я уже стоял там, где только что была Пеппи. Но ее, конечно же, давно там не было.
- Неплохо, - раздался голос откуда-то сверху, - осваиваешься.
Ориентируясь только на голос, я дождался следующего изменения и прыгнул. Мои пальцы скользнули по краю ее одежды, но она вновь ускользнула…
«Ну что, - ехидно спросил Учитель, - поймал?»
«Как же, - ответил я, - поймаешь ее. В ее-то собственном переменчивом мире».
«У Пеппи великолепный мир, - сразу же отозвался Учитель, - я бы и сам такой не придумал».
«Я бы сделал, - нагло отозвался я, - но не хочу».
«А что это ты такой недовольный? – удивился Учитель, - вроде бы наоборот должен быть по-идиотски счастлив».
Я промолчал.
«Погоди-ка, - Учитель помолчал, будто задумавшись, и через секунду выдал диагноз, - а, все ясно. Боишься серьезных отношений?»
Я пожал плечами.
«Вы же сами говорили, что создателю миров лучше быть одиноким. И вообще…»
«Ну ты и ослина…», - с досадой перебил меня Учитель и исчез, видимо считая, что с таким как я, просто не о чем разговаривать…